В да­лёкой де­ревуш­ке жи­ли-бы­ли три бра­та: Дмит­рий, Алё­ша и Иван. Друж­но жи­ли, от­цу, ма­тери не пе­речи­ли, со­седям по­мога­ли. Все де­ревен­ские их ува­жали. И уж на­до бы­ло бы им же­нить­ся всем, да толь­ко даль­них странс­твий хо­телось брать­ям. Нас­лу­шались братья ска­зок о бо­гаты­рях и прек­расных ца­рев­нах, вот и за­дума­ли мир по­видать.

Пе­чали­лись ба­тюш­ка и ма­туш­ка, что не ро­дят сын­ки им вну­ков, да де­лать не­чего. Бла­гос­ло­вили де­тей сво­их и от­пра­вили их в путь-до­рогу.

Пош­ли братья пеш­ком. Дол­го шли, заб­ре­ли в лес дре­мучий. День кло­нил­ся к ве­черу, и бо­яз­но ста­ло брать­ям в та­ком тём­ном ле­су сре­ди но­чи ку­ковать. К счастью, уви­дели вда­ли ого­нёк и пош­ли к не­му. Сто­яла в ча­ще ле­са из­бушка ма­лень­кая, а в ней жил ста­ричок. Пус­тил он пут­ни­ков пе­рено­чевать, толь­ко од­но ус­ло­вие пос­та­вил:

— Коль уж вы та­кие сме­лые, что заб­ре­ли сю­да в но­чи, пусть двое из вас спят, а тре­тий вах­ту ка­ра­уль­ную не­сёт. Прой­дёт треть но­чи, вто­рой его сме­нит, а к кон­цу и пос­ледний из вас по­кара­улит. Но­чи нын­че тём­ные, вол­ки во­ют гром­ко, спать од­но­му страш­но. На вас вся на­деж­да! Очень да­же хо­рошо, что се­год­ня вы ме­ня ох­ра­нять бу­дете. И для ме­ня, и для вас!

Сог­ла­сились братья, заш­ли к ста­рич­ку в из­бушку. Двое спать лег­ли, а стар­ший брат пер­вым на сто­роже­вой пост зас­ту­пил. Смир­но сто­ял, зор­ко гля­дел. Ког­да за­кон­чи­лось его вре­мя, ста­ричок к не­му под­хо­дит и го­ворит:

— Хо­рош ты, доб­рый мо­лодец, ис­прав­но служ­бу сос­лу­жил. Вот те­бе за это лос­ку­ток тка­ный. Да неп­ростой этот лос­ку­ток. Вот при­дёт мо­мент, сам пой­мёшь. А сей­час иди спать.

И сред­ний брат за­нял свой пост. Так­же смир­но сто­ял, так­же зор­ко гля­дел. Всё спо­кой­но бы­ло ночью. Толь­ко вда­леке вол­ки за­выва­ли да со­вы уха­ли. Ког­да за­кон­чи­лось его вре­мя, ста­ричок к не­му под­хо­дит и го­ворит:

— Хо­рош ты, доб­рый мо­лодец, ис­прав­но служ­бу сос­лу­жил. Вот те­бе за это та­бакер­ка. Да неп­ростая это та­бакер­ка. Вот при­дёт мо­мент, сам пой­мёшь. А сей­час иди спать.

Нас­тал че­рёд млад­ше­го бра­та ка­ра­улить. Прос­нулся он, по­тянул­ся да и стал на пост. Не ху­же стар­ших брать­ев сто­ял, смот­рел вни­матель­но в тем­но­ту. А по­ка сто­ял, уж и рас­све­ло. За хо­рошую служ­бу и его ста­ричок воз­награ­дил:

— И ты хо­рош, доб­рый мо­лодец. Те­бе за это ко­шелёк вру­чаю. Да неп­ростой это ко­шелёк. Вот при­дёт мо­мент, сам пой­мёшь. Бла­года­рю вас, братья, за ис­прав­но вы­пол­ненное обе­щание. А сей­час по­ра нам про­щать­ся.

От­пра­вились братья даль­ше сво­ей до­рогой. А по­ка из ле­су вы­ходи­ли, млад­ший брат от­влёк­ся да от­стал. Ког­да об­на­ружил он, что по­терял сво­их спут­ни­ков, то пом­чался за ни­ми как уго­релый. А братья как ус­лы­шали шум, треск, по­дума­ли, раз­бой­ни­ки за ни­ми го­нят­ся, и при­пус­ти­ли. Не смог Иван их дог­нать, зак­ру­чинил­ся.

Вы­шел из ле­са на боль­шую до­рогу, при­сел на обо­чину и стал ду­мать. Ми­мо про­ез­жа­ла те­лега, зап­ря­жён­ная трой­кой ло­шадей. Вско­чил он в те­легу и пус­тился вдо­гон­ку. Нас­тиг он брать­ев уже в де­ревуш­ке. Об­ра­дова­лись они встре­че, а млад­ший-то и спра­шива­ет:

— Что ж вы, род­нень­кие, дё­ру от ме­ня да­ли? Не­уж­то не уди­вились, что вдво­ём ос­та­лись?

— А ты, бра­тец, на­пугал нас до смер­ти. По­дума­ли мы, что тол­па раз­бой­ни­ков за на­ми мчит­ся, вот и убе­жали!

Пос­ме­ялись все трое, до­воль­ны бы­ли вос­со­еди­нению. Ре­шили ос­тать­ся в де­ревень­ке, ко­торую ми­мо про­ходи­ли, на ночь. Пос­ту­чались в пер­вую из­бушку, от­кры­ла им дверь ста­руш­ка. Пус­ти­ла она их, на­по­ила, на­кор­ми­ла, спать ста­ла ук­ла­дывать. Млад­ший брат ус­тал в до­роге, по­ка по ле­су гре­муче­му бе­гал, ус­нул рань­ше всех. А двое дру­гих уви­дели ко­шелёк, тор­ча­щий у не­го из кар­ма­на. Дос­та­ли его из лю­бопытс­тва, рас­смат­ри­вать ста­ли. А по­ка рас­смат­ри­вали, нат­рясли ку­чу мо­нет. Уди­вились братья, у обо­их гла­за жад­ностью за­горе­лись.

Ре­шили они уй­ти, по­ка млад­шень­кий спит, а все де­неж­ки с со­бой заб­ра­ли. Вмес­то это­го ос­та­вили ему всё, что им де­душ­ка в лес­ной из­бушке по­дарил: лос­ку­ток тка­ный да та­бакер­ку. Уш­ли при­гова­ривая:

— Эк де­душ­ка не­чес­тно по­решил! Та­ким по­дар­ком его наг­ра­дил. А он и сто­ял-то на пос­ту все­го ни­чего, мень­ше на­шего. А нам-то ерун­ду ка­кую-то дал, не­нуж­ные вов­се ве­щи. Ай, как не­чес­тно! Вот пусть ему эти ве­щи и дос­та­нут­ся, нам-то де­неж­ки боль­ше при­годят­ся!

Роп­та­ли, при­чита­ли, а так бра­та сво­его и ос­та­вили. Прос­нулся он, уви­дел всё как есть. Зап­ла­кал горь­ки­ми сле­зами.

— Что пла­чешь, гость мой до­рогой? – спро­сила его ста­руш­ка.

— Да как же мне не пла­кать, ба­буш­ка! Род­ные братья бро­сили ме­ня од­но­го, день­ги у ме­ня же и ук­ра­ли. Не­чего мне и те­бе дать, и се­бе взять. Вот, смот­ри, ка­кую-то тря­пицу мне ки­нули, та­бакер­ку да пус­той ко­шелёк.

По­ка всё это го­ворил Иван, ко­шелё­чек в ру­ках дер­жал. А ру­ки-то тряс­лись от го­ря, так и нат­ряс он мо­неток но­вых це­лую го­ру. Сколь­ко ра­дос­ти бы­ло! И с хо­зяй­кой он рас­пла­тил­ся, и се­бе де­нежек ос­та­вил! Ре­шил он даль­ше пу­тешес­тво­вать в оди­ноч­ку, коль братья ко­рыс­тные его по­кину­ли. Так и по­шёл.

Раз уж один млад­ший брат ос­тался, стал он ду­мать, чем бы се­бя по­тешить, че­го уз­нать ин­те­рес­но­го да ка­ких бы лю­дей ди­ковин­ных по­видать. Прос­лы­шал как-то на ба­заре про од­ну ба­бу, ко­торая мас­тер­ски в кар­тишки иг­ра­ет. Ник­то у неё ни ра­зу не вы­иг­ры­вал за всю жизнь. Ин­те­рес­но ста­ло Ива­ну, по­шёл он эту ба­бу ис­кать.

Быс­тро отыс­кал её дом, в дверь пос­ту­чал­ся. От­кры­ла ему хо­зяй­ка и без лиш­них воп­ро­сов зай­ти приг­ла­сила. Мно­гие к ней пут­ни­ки на ого­нёк за­хажи­вали в на­деж­де в кар­ты вы­иг­рать. Так что зна­ла она, с чем и Иван к ней по­жало­вал.

— За­ходи, коль при­шёл, гос­тем бу­дешь, – ска­зала ему, – са­дись за стол, кар­тишки-то я раз­ло­жу. Вот и уз­на­ем, кто из нас са­мый ум­ный, хит­рый да ве­зучий!

На­чали они иг­рать, ещё свет­ло за ок­ном бы­ло. И вот уж день к но­чи кло­нит­ся, а всё ник­то не про­иг­ры­ва­ет. Уди­вилась ба­ба, что за про­тив­ник ей та­кой по­пал­ся, впер­вые за дол­гие го­ды. А не­пода­лёку от неё жи­ла кол­дунья, дру­жили они креп­ко. Ска­зала ба­ба Ива­ну, что де­ло у неё бе­зот­ла­гатель­ное, да пом­ча­лась к кол­дунье за со­ветом.

А та ей и го­ворит:

— Всё про­ще прос­то­го! Ты столь­ко лет в вы­иг­ры­ше хо­дишь, по­тому что у те­бя ко­шелё­чек вол­шебный за па­зухой при­пасён. Ред­ко у ко­го та­кой встре­тишь, од­на­ко, не единс­твен­ный он во всём бе­лом све­те. Ви­дать, и твой гость та­ким ко­шелёч­ком вла­де­ет. Ты бди­тель­ность его усы­пи, а ко­шелё­чек-то и под­ме­ни. Сра­зу по­беда тво­ей ста­нет.

За­пом­ни­ла ба­ба все сло­ва кол­дуньи, до­мой вер­ну­лась, Ива­на ча­ем усы­питель­ным на­по­ила. А как зад­ре­мал он, она ко­шелё­чек-то у не­го наш­ла да се­бе заб­ра­ла. А ему вмес­то это­го прос­той са­мый ко­шелёк под­су­нула. Оч­нулся Иван, про­дол­жи­ли иг­рать, так он сра­зу же и про­иг­рался. Выг­на­ла тут же его хо­зяй­ка. А са­ма на ра­дос­тях ре­шила пир сыг­рать. Соз­ва­ла со­седей со всей де­рев­ни к се­бе в гос­ти. И кол­дунью то­же поз­ва­ла, на луч­шее мес­то по­сади­ла.

Иван в это вре­мя бро­дил не­пода­лёку, чер­нее ту­чи от грус­ти да зло­бы. Ду­мал, га­дал, как же даль­ше ему быть. Ни брать­ев с ним ря­дом не бы­ло, ни по­дар­ка его до­рого. Ре­шил гля­нуть, что за ве­щи ему братья ос­та­вили. Дос­тал лос­ку­ток тка­ный, рас­смат­ри­ва­ет. А лос­ку­ток-то неп­ростой, как ста­ричок и го­ворил. Коль прик­рыть им ли­цо, сов­сем не­види­мым стать мож­но. По­нял это Иван, ког­да ми­мо не­го му­жич­ки про­ходи­ли да чуть не нат­кну­лись на не­го. И сра­зу при­думал, как ба­бе-то не­чес­тной отом­стить. По­шёл к ней на пир, в уго­лочек встал, лос­кутком сво­им вол­шебным прик­рылся. Так и сто­ял ни­кем не ви­димый, ку­шанья со сто­ла од­но за од­ним за печ­ку пря­тал.

А гос­ти си­дели, ели-пи­ли, гром­ко раз­го­вари­вали, ра­дова­лись, хо­зяй­ку вос­хва­ляли за щед­рость да за ум. Толь­ко вдруг у од­но­го с вил­ки про­пало мя­со, у дру­гого из та­рел­ки хлеб ис­чез, а тре­тий из пус­то­го ста­кана пить пы­тал­ся. За­воз­му­щались тог­да гос­ти.

— Эй, хо­зяй­ка, что у те­бя за гос­тепри­имс­тво та­кое стран­ное? Ку­да ты пря­чешь еду на­шу прям из та­релок? Или по­жале­ла для нас? За­чем тог­да пир со­зыва­ла, всю де­рев­ню зва­ла? Не­хоро­шо так пос­ту­пать, вот мы всем пут­ни­кам-то и рас­ска­жем, что ты не­чес­тна, ник­то к те­бе в кар­ты боль­ше иг­рать-то и не при­дёт.

Ис­пу­галась ба­ба, оп­равды­вать­ся ста­ла, гос­тей удер­жи­вать. А са­ма ско­рее к сво­ей кол­дунье об­ра­тилась с моль­бой о по­мощи.

— Всё про­ще прос­то­го! – от­ве­ча­ет ей кол­дунья. – Это пут­ник, ко­торо­го ты да­веча обыг­ра­ла, так над то­бой из­мы­ва­ет­ся. Сто­ит он в уго­лоч­ке, вол­шебным лос­кутком прик­рылся, ник­то его и не ви­дит. Ты пой­ди к не­му, лос­ку­ток-то от­ни­ми, он и по­кажет­ся.

Так и пос­ту­пила ба­ба, Ива­на-то и рас­кры­ла. Ох и злая она бы­ла, так его и пог­на­ла из до­ма мет­лой! Пу­ще преж­не­го Иван расс­тро­ил­ся. Поб­рёл вос­во­яси, до­роги не раз­ли­чая. Шёл-шёл, да ре­шил ча­сок-дру­гой от­дохнуть воз­ле де­рева. При­сел, и за­хоте­лось ему тре­тий по­дарок ста­рич­ка рас­смот­реть. Дос­тал он та­бакер­ку, от­крыл. А от­ту­да вдруг свет выр­вался, да прям из са­мой та­бакер­ки це­лая ар­мия по­яви­лась.

И пош­ла эта ар­мия пря­миком к той ба­бе, ко­торая хо­зя­ина та­бакер­ки оби­дела. Ра­зог­на­ли пир, выг­на­ли ба­бу из де­рев­ни. Ах как об­ра­довал­ся Иван, от счастья и ус­та­лос­ти прям под де­ревом и ус­нул.

А ба­ба-то сно­ва ис­пу­галась и в тре­тий раз к сво­ей кол­дунье при­бежа­ла.

— По­моги спа­си, – кри­чит, – це­лая ар­мия в мой дом приш­ла, выг­на­ли ме­ня из мо­ей род­ной де­рев­ни.

А кол­дунья, как обыч­но, ей от­ве­ча­ет:

— Всё про­ще прос­то­го! Сно­ва в тво­ей бе­де пут­ник ви­новен, ко­торо­го ты обыг­ра­ла не­чес­тно. И в это раз наш­лась у не­го на те­бя уп­ра­ва: спит он под де­ревом на лу­гу, а в ру­ках та­бакер­ку дер­жит. Да неп­ростая это та­бакер­ка: из неё вся ар­мия-то и по­яви­лась. Ты бе­ги ту­да да та­бакер­ку-то эту прик­рой. Не­кому те­бя и вы­гонять ста­нет.

По­бежа­ла счас­тли­вая ба­ба на луг. Смот­рит: и прав­да Иван спит под де­ревом, а в ру­ках у не­го от­кры­тая та­бакер­ка. Она её хвать, зак­ры­ла ско­рее и се­бе заб­ра­ла, так и убе­жала к се­бе в из­бу.

Ос­тался Иван ни с чем. Про­сыпа­ет­ся, ви­дит: за­кон­чи­лась ма­гия, та­бакер­ки нет. Как тут не рас­пла­кать­ся, пос­ле столь­ких не­удач, не вы­дер­жал, пус­тил слё­зы горь­кие. Поп­лёлся впе­рёд, авось в дру­гом мес­те по­везёт. За­шёл в лес, ви­дит, сто­ят пе­ред ним две яб­ло­ни: с крас­ны­ми и бе­лыми яб­ло­ками. Вспом­нил Иван, что дав­нень­ко и ма­ковой ро­син­ки во рту не дер­жал, нар­вал крас­ных яб­лок и съ­ел. Вдруг вы­рос­ло у не­го че­тыре ро­га, да та­ких, что он и из ле­су вый­ти не мог, ро­га ме­шались. Не­дол­го ду­мая, кое-как до­тянул­ся Иван до бе­лой яб­ло­ни, нат­ряс се­бе бе­лых яб­лок и съ­ел. Тут же ро­га и про­пали.

Ре­шил тог­да Иван в пос­ледний раз к ба­бе, что обоб­ра­ла его, на­ведать­ся. На­соби­рал крас­ных яб­лок и вер­нулся в де­рев­ню. По­шёл тор­го­вать на ба­зар, а ба­ба на ра­дос­тях его и не уз­на­ла. Ку­пила у не­го яб­лочки на­лив­ные. Вер­ну­лась до­мой, съ­ела ров­но че­тыре яб­ло­ка, так у неё ров­но че­тыре ро­га из го­ловы-то и вы­рос­ло.

По­вис­ла ба­ба в сво­ей же из­бушке на этих ро­гах, ни ша­гу сту­пить, ни к кол­дунье сбе­гать. А Иван при­шёл к ней и го­ворит:

— А ну, вер­ни мне мои все ве­щи. Так уж и быть, тог­да те­бе по­могу.

А она взмо­лилась, кри­чит:

— Ба­тюш­ка, род­нень­кий, бе­ри что хо­чешь! И свои ве­щи, и мои, толь­ко спа­си-по­моги!

— По­делом те­бе, ба­ба. Вот че­тыре бе­лых яб­ло­ка, коль дос­та­нешь да съ­ешь, про­падут твои ро­га.

Бро­сил яб­ло­ки на пол, заб­рал ко­шелё­чек свой вол­шебный и лос­ку­ток, и та­бакер­ку и ушёл. А та ба­ба дол­го ещё на ро­гах сво­их в собс­твен­ной из­бушке ви­села.